Обыденность и конечность
Главный наш ресурс у нас уже есть: мы знаем, что жизнь конечна. Обыденность не даёт смотреть на это постоянно, и это не недостаток: так мы выдерживаем жизнь. Вопрос «что я хочу успеть» приходит в те минуты, когда взгляд возвращается.
В любом дне всегда есть что-то более срочное. Дела, письма, события вокруг, новости о том, что будет дальше и чем всё кончится. Обыденность и успокаивает, и отвлекает: пока голова занята, мы не замечаем самой жизни. Каждая забота выглядит важной, и по отдельности так оно и есть. Кажется, что стоит разобраться со срочным, и мы займёмся главным. Если не получается, значит, не хватает воли.
Всё, что нас окружает, считает то, что можно измерить: задачи, показатели, рейтинги, доходы. За пределами любого счёта остаётся одно: время, которое у нас есть.
Что меняется, когда есть срок
Это видно в простом опыте. Когда мы уезжаем из города насовсем, в последние недели вдруг находится время на встречи, разговоры и дела, которые откладывали годами. Расписание то же, изменилось одно: появился срок. Список важного пересобирается сам, без усилий воли. Срок показал то, что нам на самом деле дорого.
Конечность работает так же, только срок не назван. Стоит всерьёз допустить, что жизнь закончится, и приходит следующая мысль: значит, я могу чего-то не успеть. А следом вопрос, который никто за нас не решит: что я хочу успеть. Это и есть осознание. Не приём и не практика, а следствие: если время конечно, необходимость выбирать перестаёт быть абстракцией: на всё его не хватит.
Зачем нам обыденность
Привычный порядок дня обожают дети и старики, те, кто стоит ближе всего к началу и к концу. Он даёт спокойствие, и это не слабость: без него трудно жить.
Смерть похожа на солнце зимой: она светит, но не греет. Она подсвечивает реальность, и мы начинаем замечать то, чего раньше не видели. Но смотреть на неё долго трудно. Вопрос «что я хочу успеть» быстро упирается в предел: не всё, чего мы хотим, нам по силам. А принять это значит принять в себе человеческое. Поэтому взгляд короткий, и обыденность служит местом, куда его можно отвести.
Значит, дело не в слабой воле и не в том, что обыденность враг. Ресурс у человека есть, и он знает о нём. Просто пользоваться им можно недолго: взгляда хватает на один вопрос, что я хочу успеть. Этот вопрос негромкий: за делами его не слышно. Он появляется, когда они на время стихают.